browser icon
You are using an insecure version of your web browser. Please update your browser!
Using an outdated browser makes your computer unsafe. For a safer, faster, more enjoyable user experience, please update your browser today or try a newer browser.

Раскопай своих подвалов

Posted by on Июль 14, 2017

Перед церемонией последней АБС ко мне обратился Юра Флейшман с вопросом, не знаю ли я, по поводу какого из моих опусов Борисом Натановичем Стругацким написан отзыв, кончающийся вот такими вот словами. Произнесенная затем цитата была весьма лаконичной и довольно приблизительной, по ней я ничего не вспомнил и предположил, что я, вероятно, и отзыва-то этого не видел. Нет, видел, возразил Юра, ибо в какой-то из своих статей по поводу него высказался. Тогда я заключил, что просто не могу узнать его по короткому отрывку и мне бы надо посмотреть сам текст. Юра обещал мне назавтра его прислать, потому что ему надо его как-то атрибутировать. Затем разговор перешел к довольно традиционной теме моей детской переписки со Стругацкими. Я точно знаю, что мои писульки Борис Натанович хранил, потому что когда я впервые попал к нему в гости в 1975-ом, мы в папке с надписью «1965» их нашли и даже посмеялись над моей попыткой нарисовать в одном из писем «Хиус». Очень было бы любопытно глянуть на это сейчас. Об этом я Юре и сказал. По его ответу выходило так, что все письма, которые Стругацкий получал (в том числе и школьные мои), давно уже оцифрованы, надо только поинтересоваться. А вот ответы Стругацкого (в том числе — мне) рассыпаны по адресатам и выискивать их приходится по крохам. Для полного собрания надо их тоже иметь. Я обещал, когда доеду до дачи (часть моего архива в силу малогабаритности жилища хранится там), найти обе реликвии.

Как и подобает видному людену, по примеру Тойво Глумова Юра, видимо, сразу забыл о своих просьбах и обещаниях. Ничего я не получил ни назавтра, ни до сих пор. Но сам я остаюсь покамест всего лишь человеком, и поэтому действительно, как только погодные условия позволили добраться до дачи, нашел там ответы Стругацких. Вот они.

0003300034

 

 

 

Во втором письме на месте подписи обоих братьев зияет, как говорится, лакуна. Это неспроста. В первые университетские годы мне еще было свойственно некоторое тщеславие. Переплетая в одну обложку несколько журнальных публикаций братьев, я назвал ее, скомбинировав «Сказку о тройке» и «Парня из преисподней», «Сказками из преисподней», а вместо фамилий авторов подклеил вырезанную из письма двойную подпись. И давал читать направо и налево. Вскоре кто-то из моих живших в общаге читателей-сокурсников залил плод моих переплетных трудов то ли водой, то ли чем еще. Вот так он с тех пор выглядит.

00041

В загородной части архива я наткнулся еще на несколько давно забытых единиц хранения, которые моих ровесников, получавших на своем тернистом пути в литературу аналогичные плюхи, заставят, я думаю, ностальгически матюгнуться, а молодым коллегам покажут тогдашнюю заботу вышестоящих инстанций о нравственности писательско-читательской смычки во всей красе. В одной из рецензий речь идет о многострадальном «Достоин свободы», который в процессе моих попыток его издать менял названия и объем в весьма широких пределах; однажды по рекомендации Беллы Григорьевны Клюевой я дал рукопись лично Сахарнову, долго не было вообще никакой реакции, а через полгода редакция зачем-то разродилась совершенно уже мною не ожидаемым и совершенно мне не нужным отзывом.

000420004300044

 

 

 

00045

 

 

В другой — о моей первой попытке издать в «Советском писателе» сборник «Свое оружие» — который все же вышел впоследствии, что, вообще говоря, характеризует позднесоветскую власть не с худшей стороны; при раннесоветской, разумеется, после подобной рецензии я мигом ехал бы на лесоповал. Возможно, пожилой автор рецензии по старой памяти на что-то подобное и рассчитывал...

0003800039

Какой, однако, контраст с нынешней невозможностью напечатать что-то, пардон за архаичный штиль, ободряющее человека и, мегапардон, духоподъемное. С нынешним воспеванием и авторами, и критикой того, что действительно «читать тягостно»! Да не просто тягостно... Вот хоть уже ставшая для меня традиционной грушей для битья «F20». Даже от вполне вменяемых людей я порой слышу, что «книга понравилась». Еще бы! Ведь она легитмизирует, раскрепощает внутреннего подлеца, который под более или менее строгим арестом сидит в каждом из нас и рад-радешенек малейшему послаблению режима; а какой путь на свободу для него может быть короче, чем признание окружающего мира настолько мерзким, что в нем любая мерзость — норма, а то и подвиг? Если бы не психологический эффект «гаденькой свободы» кто стал бы читать про окровавленные презервативы и проссанные штаны?

Нет, мне ближе та позиция, что сформулировал, например, в «Чуме» Альбер Камю: «...Здоровье, неподкупность, если хотите даже чистота, — все это уже продукт воли, и воли, которая не должна давать себе передышки. Человек честный, никому не передающий заразы, — это как раз тот, который ни на миг не смеет расслабиться. А сколько требуется воли и напряжения, чтобы не забыться! ...Вот почему все явно устали, ведь нынче все немножко зачумленные».

Сравнивая нынешнюю и позднесоветскую критику, даже не скажешь, что лучше. Можно лишь заключить, что любая крайность отвратительна. Или, повторю себя, любимого: зло — это добро, перешедшее границы применимости.

Comments are closed.